Почта редакции (журнал «Рыболов»)

Получив очередной отклик на дискуссию о ловле по принципу «Поймал – отпусти», редакция была неприятно поражена – автор письма, А.Мягков, заявляя свою позицию, явно пренебрег этическими правилами ведения подобных споров. Однако, учитывая его серьезный рыболовный статус – председателя федерации рыболовного спорта г. Сочи, мы решили не делать каких-либо серьезных сокращений (за исключением личных выпадов в адрес участников дискуссии и перечня заслуг автора письма на ниве развития спортивного рыболовства). 
Надеемся, что упомянутые ныне здравствующие мастера ужения тоже выскажут свое мнение на страницах журнала. Комментарий нашего автора и научного консультанта, доцента кафедры ихтиологии МГУ, доктора биологических наук К.Кузищина также приводится ниже.

 

А.МЯГКОВ, председатель федерации рыболовного спорта г.Сочи


      Почитал статью К. Ку­зищина ноябрьском и декабрьском номерах журнала. И это пишет не кто-нибудь, а доцент кафедры ихтиологии МГУ, кандидат биологических наук!
Я вам дам сейчас урок:
Вы пришли к стоматологу. Он вырвал у вас 3-4 зуба. Предварительно, конечно,  сделав обезболивающий укол. Вы истекаете кровью, полон рот крови. Доктор наливает вам из-под крана два стакана грязной ржавой воды и говорит: «Прополощите рот».
Какими глазами вы будете смотреть на этого доктора? Конечно, откажетесь полоскать рот или пить эту воду…
Больше вы к этому доктору не пойдете, да еще и подадите на него в суд. Не так ли?
Вы учили в школе биологию? Наибольшее количество микробов – в грязной воде.
Ведущий Э.Радзишевский на весь мир показывает, какой он добрый: целует и отпускает щуку на все четыре стороны… Рыба от страха потеряла память, ориентировку, а он демонстративно отпускает щуку в водоем.
Э.Радзишевский показывает: щука проглотила воблер на котором три тройника. Он берет плоскогубцы и начинает извлекать эти тройники из пасти щуки. Рыба и руки в крови – Радзишевский целует ее и отпускает в водоем. Раны еще свежие,  микробы тут, как жуки, проникают в кровь. Идет  мгновенный процесс заражения крови. А рыба, как и люди, «общаются», заражая других рыб. Это как СПИД. И результат: на водоеме эпидемия – погибает огромное количество рыбы.
Сейчас все приличные водоемы прибрали к рукам «деловые люди». Мой им совет: не разрешайте выпускать в водоем пойманную рыбу!
Второй урок:
Вы поранили ногу, она в крови. Будете ли вы мыть ногу в грязной луже? Улыбаетесь?
Чему же вы учите юных ихтиологов?
У разных рыб разный вид кровообращения. Их три: прямое, замкнутое и циклическое. И если рыба потеряла кровь (как и человек), сразу нарушаются все функции у рыбы.
После того как вы «отпустили» раненую рыбу, она месяцами ничего не ест, находится без движения, болеет, заражает кровь микробами, далее гибнет. Читайте внимательно каждую строчку. Этого нет ни в одном учебнике, пособии.
Как жаль, что нет сегодня среди нас таких энтузиастов, организаторов соревнований по рыбной ловле, как Ю.С.Зауральский,  В.В.Плешаков, О.Я.Соболев, Л.Поляков, В.Меняйленко – они бы сказали свое веское слово.   Удивляет, почему молчат выдающиеся спортсмены А.Балашов, А.Яншевский, В.Дробина, А.Прищенко,  П.Миненко. Я хотел бы знать их мнение.
Возьмите на вооружение мой пример про стоматолога. Здесь все ясно даже школьнику. А всем, кто имеет частный водоем, мой совет: не допускайте тех, кто выпускает рыбу, на свой водоем, иначе вы надолго останетесь без рыбы. И рыболовы могут отравиться пойманной рыбой, причем ни один врач не определит, отчего погиб человек…
Интересно, что знает К.Кузищин о кровообращении рыб? Сравните это с моим письмом. Уверен, он не знает такой науки. А это все описано в учебнике биологии.
***

 

К.КУЗИЩИН, доцент кафедры ихтиологии МГУ, доктор биологических наук


      Когда я решил принять участие в дискуссии о ловле по принципу «поймал – отпусти», то хорошо понимал, что неизбежно последует резкая реакция людей, которые категорически против того, чтобы пойманную рыбу отпускать обратно в водоем.
Хоть я стараюсь читать как можно больше отечественной и международной литературе по проблемам спортивного рыболовства, оценке ущерба от него и т.д., я никак не могу претендовать на обладание истиной в последней инстанции. Вот почему мнения рыболовов имеют огромное значение в обсуждении проблемы. Я лично глубоко убежден в полезности любой дискуссии, так как именно в споре может родиться истина.
Однако любая дискуссия или спор, каким бы жаркими они ни были, обязательно должны опираться на хорошо проверенные, обоснованные и достоверные факты в поддержку той или иной точки зрения. Именно факты – вот что действительно нужно для нас, для рыболовного сообщества, озабоченного проблемой рационального использования биоресурсов.
В то же время мне не раз приходилось сталкиваться с тем, что по ходу дискуссии выдвигаются необоснованные предположения, домыслы, с выдумками или просто с невежеством. Тем не менее даже такие высказывания в конечном счете идут на пользу обсуждаемой проблеме, ибо позволяют подробнее осветить те аспекты, на которые в силу разных причин ранее не обращалось внимания.
В частности, письмо А.Мягкова предполагает именно такого рода ситуацию: автор обращает внимание на те вопросы, которым было уделено мало внимания при обсуждении в предыдущих статьях, а   именно: насколько рыба, попавшаяся на крючки, подвержена заболеваниям и насколько серьезен ущерб от крючков для ее кровеносной системы.
Поэтому хотелось бы прокомментировать позицию автора.
Кровеносная система рыб по сравнению с кровеносной системой наземных позвоночных животных устроена проще.
Как и у всех позвоночных, у рыб она замкнутая, то есть вся кровь циркулирует по закрытым сосудам, обмен веществами между кровью и тканями тела осуществляется через клеточные мембраны кровеносных сосудов. Но у рыб имеется только один круг кровообращения: от сердца кровь по брюшной аорте идет к жабрам, проходит через них и поднимается вверх по сосудам, формирующим спинную аорту. Далее артериальная система распадается на ряд более мелких сосудов, снабжающих кровью внутренние органы и мускулатуру.
Характерной особенностью рыб по сравнению с наземными животными является сравнительно небольшой объем крови, циркулирующий по сосудам (в среднем у рыб объем крови в 4-6 раза меньше, чем, например, у ящерицы с тем же весом тела, и в 6-8 раз меньше, чем у млекопитающих).
У рыб менее мощное сердце – его вес составляет менее 1% веса тела, тогда как у млекопитающих – более 5%.
В отличие от млекопитающих, у рыб несколько меньше развита периферическая (краевая) капиллярная система, то есть вблизи кожи густота мелких кровеносных сосудов существенно меньше, чем у рептилий, птиц и млекопитающих.
Это связано с водным образом жизни рыб: в водной среде сердцу не надо преодолевать силу тяжести. Кроме того, значительная часть кислорода в ткани тела рыб поступает не только через жабры и с током крови, но и через кожные покровы.
Особенно увеличивается роль кожного дыхания в холодной воде, насыщенной кислородом.
В связи с таким строением мелкие повреждения кожных покровов рыб почти никогда не затрагивают  крупных кровеносных сосудов, повреждаются лишь мельчайшие капилляры, через которые теряется ничтожно малое количество крови.
В то же время сама по себе рыбья кровь – весьма сложно устроенная ткань организма. По своей формуле она мало чем отличается от крови высших млекопитающих. В крови рыб (за исключением некоторых морских рыб в морях Антарктиды) содержатся красные кровяные тельца – эритроциты, ответственные за транспорт кислорода, и белые кровяные тельца  – лейкоциты, а также такие форменные элементы крови, как тромбоциты.
Лейкоциты (лимфоциты, моноциты и т.д.) ответственны за иммунитет и борьбу с возбудителями всевозможных заболеваний. Тромбоциты отвечают за свертываемость крови. По сравнению с теплокровными животными у рыб несколько больше лейкоцитов и тромбоцитов. Таким образом, кровеносная система рыб – весьма совершенная, отшлифованная миллионами лет эволюции система внутренней среды рыб, обеспечивающая множество жизненных функций, включая защитные.
Жизнь рыб в воде предполагает их постоянный контакт с внешней средой, которая порой бывает весьма агрессивна по отношению к рыбам.
С точки зрения человека, порой может сложиться впечатление, что рыбы живут в предельно «грязной» воде, кишащей всевозможной «дрянью», начиная от рачков, пиявок, паразитических червей и заканчивая бактериями и вирусами.
Однако человек забывает о том, что такого рода «грязь» – естественная среда обитания рыб, она сопровождала их всегда, на протяжении всего периода их существования, начиная с девонского периода (350 млн. лет назад). То, что для человека – «грязная вода», для рыб – естественный фон, природная среда обитания.
Совершенно естественно, что у рыб выработались надежные механизмы защиты от негативного воздействия внешней среды.
Например, при дыхании рыбы заглатывают воду в рот и пропускают ее через жабры, тогда как наземные позвоночные используют рот больше для еды и питья, а дышат через нос. Так называемая «грязная» вода, кишащая бактериями, постоянно окружает и саму рыбу снаружи, и постоянно поступает ей в рот.
Именно поэтому выстилка рта рыб представляет собой плотную ткань с высокими механическими свойствами, по гистологии и морфологии весьма сходную с кожными покровами, защищающими поверхность тела.
Таким образом ротовая полость рыб оказывается  вполне надежно защищена от механических повреждений – куда лучше, чем ротовая полость млекопитающих, которая представляет собой слизистую поверхность с тонким эпителием.
Крючок во время спортивной ловли наносит травму ротовой полости как с кровотечением, так и без такового. Однако механические повреждения ротовой полости у рыб случаются постоянно и без вмешательства человека.
Например, хорошо изучены небольшие порезы ротовой полости сазана и черного амура. Эти рыбы часто поедают моллюсков, которых раздавливают глоточными зубами. Осколки раковин с острыми краями постоянно режут нёбо и боковую поверхность глотки.
У сазана весом 3 кг при питании двустворчатыми моллюсками за сутки образуется примерно 6-8 порезов нёба длиной 2-3 мм и глубиной до 0,8 мм. Большая часть этих порезов связана с капиллярными кровотечениями.
У черного амура весом 5 кг число порезов больше, так как он питается более крупные моллюсками с более толстой раковиной.
Очень часто колотые травмы ротовой полости наблюдаются у хищников. Известно, что у щуки при ее питании окунем и ершом нёбо бывает повреждено колючками этих рыб-жертв. У щуки весом 3 кг при ее исследовании было обнаружено 4 укола от колючек глубиной почти 2 мм.
Известны и более экзотичные случаи. Так, некоторые виды акул питаются крупными морскими ежами – рыбами, которые сплошь покрыты огромными, очень острыми шипами. Бывает так, что рыба-еж раздувается во рту или глотке акул, и сотни (!!!) шипов впиваются в нёбо и боковые стороны глотки акулы, шипы могут проникать на глубину более 1 см.
Акулы с большим трудом избавляются от раздувшихся рыб-ежей, и после этого их глотки представляют собой огромную зияющую рану.
Но из-за того, что напор крови в кровеносной системе рыб гораздо ниже, чем у наземных животных, в результате ранений кровопотери рыб в целом невелики, особенно при капиллярных кровотечениях.
Так что мелкие порезы с капиллярными кровотечениями в районе ротовой полости случаются постоянно, в естественных условиях и без всякого участия человека. И такого рода мелкие травмы не оказывают на рыб никакого существенного негативного воздействия.
Те же самые сазаны и черные амуры после порезов и ротовых кровотечений продолжали питаться как ни в чем не бывало, никакого изменения в поведении или в   пищевой активности не наблюдалось. Акулы, избавившись от рыб-ежей, немедленно приступали к охоте на другую добычу.
Все дело в том, что организм рыб имеет все механизмы, защищающие его от заражения или длительных кровотечений.
Во-первых, у рыб очень хорошо свертывается кровь. Из-за того, что в ней всегда довольно много тромбоцитов, можно сказать, что кровь свертывается мгновенно.
На многих рыбах проводили серии опытов по свертываемости крови. Так, у судака при температуре воды 12 С при капиллярном кровотечении (делали надрез боковой поверхности тела длиной 1 см и глубиной 5 мм)  кровь свертывалась  за 15-20 секунд, у сазана при тех же условиях опыта – за 40-50 секунд.
При повреждении крупного сосуда (делали укол под анальным плавником с разрушением стенок хвостовой вены) кровь свертывается у судака за 50-60 секунд, у сазана – за 80-100 секунд. Если бы человек имел такую рану, то его кровь сворачивалась бы гораздо дольше.
Была обнаружена одна замечательная особенность у рыб: при стрессе (а стрессом вполне может быть процесс вытаскивания рыб на рыболовную снасть) у них происходит мощный выброс из кровяных депо (селезенка, печень и др.) белых кровяных телец, и  свертываемость крови ускоряется примерно на 25%.
Кровь рыб обладает к тому же еще одним важным свойством – ее контакт с водой резко активизирует реакцию коагуляции тромбоцитов, поэтому в воде кровь рыб свертывается примерно в 2-3 раза быстрее, чем если бы рыба была на воздухе.
Поэтому очень часто, когда на фотографиях или на кадрах киносъемки мы видим кровь рыб, почти всегда это уже свернувшиеся сгустки, а рана скорее всего уже успела закупориться тромбоцитной пробкой.
Кроме того, весьма важную функцию защиты рыб при механических повреждениях выполняет еще и слизь.  Ее вырабатывают особые одноклеточные железы, разбросанные по всему телу, они весьма многочисленны и в ротовой полости.
Слизь рыб, помимо прочих свойств, обладает хорошо выраженным антисептическим действием. Обычно при повреждениях, кровотечениях кожа рыб вырабатывает большое количество слизи, и одновременно со свертыванием крови образуется слизистый бактерицидный покров над раной. И все это происходит за очень короткое время.  Микробам проникнуть в организм рыб не так-то просто.
Белый кровяные тельца рыб характеризуются очень высоким иммунным потенциалом и весьма эффективно борются с разнообразными чужеродными агентами, так или иначе проникающими в организм рыб.
В целом у рыб очень хорошо выражен неспецифический иммунитет, когда лейкоциты эффективно нейтрализуют  большинство бактерий, вирусов и даже токсинов, попадающих во внутреннюю среду организма.
Известно, что вирулентная доза вирусов, достаточная для возникновения краснухи карпа, составляет несколько сотен тысяч единиц, при бактериальных инфекциях – как минимум несколько сотен и даже тысяч бактерий.
Для сравнения могу привести данные для человека: чтобы заболеть чумой, человеку достаточно получить в кровь 2 чумных палочки, а для того, чтобы заболеть клещевым энцефалитом – 10-15 тыс. единиц вируса.
Известен и факт фантастической устойчивости рыб к ядам. Некоторые виды морских угрехвостых сомов – обычная жертва и объект питания морских змей; для того, чтобы убить одного сомика длиной 40-50 см, морская змея вводит в него такое количество яда, которого достаточно, чтобы убить около сотни человек.
И наконец, организм рыб обладает высокими свойствами регенерации ткани, то есть мелкие ранения на теле или в ротовой полости рыб затягиваются очень быстро.
Так, в упомянутом выше примере про карпа и черного амура порезы, полученные от раковин моллюсков, полностью заживают за 3-4 дня при температуре 20ОС и за 5-7 дней при температуре 15ОС.
Интересные наблюдения проводили в северной части Тихого океана, оценивая ущерб стадам тихоокеанских лососей во время их морского нагула.
Враги лососей в море – акулы, а также полуглубоководные хищники – кинжалозуб, веретенник и алепизавр. Это крупные, достигающие длины  2 м рыбы обладают саблеподобными зубами длиной до 5 см.
Кинжалозуб нападает вертикально снизу, стараясь как бы разрезать тело лосося. Обычно нерка или кета после успешного нападения кинжалозуба распадается на две половинки – переднюю (с головой) и заднюю (с хвостом). Разрез бывает настолько ровный, что создается впечатление, будто рыбу разрезали сверхострым ножом или разрубили мечом.
Однако часто лососи вырываются из пасти кинжалозуба, и при этом на их теле остаются глубокие (до 2 см) вертикальные раны.
После такой атаки лососи теряют довольно много крови (примерно 10-15%) и действительно  страдают от ранения – у них падает скорость плавания, они менее интенсивно питаются.
Тем не менее уже через 7-10 дней раны затягиваются, и лососи постепенно возвращаются к нормальному образу жизни.
Полностью раны залечиваются примерно за 1 месяц.
Таким образом можно сделать вывод: организм рыб за миллионы лет эволюции выработал мощный, надежный механизм защиты от вредного воздействия окружающей среды. И степень воздействия спортивных снастей на организм рыб надо рассматривать на фоне естественных воздействий.
Так, воздействие тонких крючков на ротовую полость рыбы вполне сопоставимо с воздействием колотых раковин моллюсков или колючек окуней. При этом вряд ли стоит опасаться заражения рыб болезнетворными бактериями или вирусами – за столь короткий промежуток времени (меньше минуты) заражение маловероятно.
Более того, болезни рыб, вызываемые вирусами, бактериями, грибками и беспозвоночными, достаточно хорошо описаны, равно как хорошо известен и механизм передачи возбудителя.
Как и для многих видов млекопитающих, большинство болезней рыб видоспецифичны, то есть краснуха карпа не передается хищникам или лещу. Поэтому, чтобы рыба заразилась, в водоеме должна быть неблагоприятная эпизоотологическая обстановка, иначе говоря – водоем должен быть уже населен большим количеством заболевших рыб.
Большинство бактерий и вирусов, обитающих в воде, имеют мало шансов попасть в кровь рыб, а попав, они надежно блокируются имунной системой рыб.
Так что не стоит преувеличивать последствия воздействий крючков на организм рыб и фантазировать, что из-за крючкового травматизма рыба становится легкой добычей всякой заразы, что приводит к вымиранию рыб в водоеме.
Рыболовам и ученым хорошо известны ранения, которые рыбам наносят хищники. Почти в любом водоеме ловится плотва и подлещики, у которых на боках тела рваные и резаные раны, оставленные зубами щуки или судака.
Часто приходится ловить и самих щук, у которых на теле можно увидеть затянувшиеся шрамы от «знакомства» со своими более крупными собратьями. Примеры о травматизме лососей в море я приводил ранее.
По степени воздействия на организм рыб зубы хищников – гораздо более серьезный фактор, чем крючки рыболовной снасти. Если бы организм рыб был столь уязвим для проникновения болезнетворных вирусов и бактерий при нарушении кожного покрова и кровеносной системы, рыбы уж давно бы заразились и умерли – задолго до того, как рыболов поранил рыбу крючком.
Поэтому суждения о том, что пойманная и отпущенная рыба тут же заражается сама и заражает других рыб в водоеме, а также становится причиной эпизоотии и мора в водоеме, не основаны на серьезных исследованиях, субъективны, скороспелы и совершенно не соответствуют действительности.
Существует весьма обширный международный опыт применения на практике принципа ловли «поймал – отпусти». В США и Канаде он действует на  большинстве водоемов, лишь очень ограниченное число рыб и на ограниченном количестве водоемов разрешено к изъятию. Тем не менее никаких массовых заболеваний или вымирания рыб, катастрофического падения ее численности там  не наблюдается.
Случаи массового заражения рыб иногда бывают. Чаще всего это случается, когда происходит массовый побег искусственно разводимых рыб из садков или прудов в естественные водоемы. Как правило, в культурных хозяйствах уровень зараженности рыб, живущих в условиях скученности, гораздо выше, чем в природе, поэтому появление массового источника инфекции становится причиной повышения заболеваемости диких рыб.
Хотел бы прокомментировать еще один аспект, связанный с крючковым травматизмом. Если бы сторонники изъятия рыб из водоема были до конца последовательны в своих рассуждениях, то тогда следовало бы признать, что любая сорвавшаяся в процессе вываживания рыба в той же степени подвержена инфицированию, что и побывавшая в руках рыболова и выпущенная в водоем.
Каждый рыболов хорошо знает, сколь много рыбы срывается с крючков, порой таких сорвавшихся рыб бывает куда больше, чем пойманных.
Кстати, зачастую сорвавшиеся рыбы уходят с довольно серьезными травмами – бывает, на крючках остаются куски челюстей, лоскуты кожи и т.д. В этом случае рыболовы, считающие воздействие крючков на рыбу столь вредоносным,  просто обязаны признать, что сорвавшиеся рыбы в той же степени опасны для экосистемы, что и выпущенные.
И тогда выход только один-единственный – вообще не подходить со спортивными снастями к водоему!
Безусловно, речь идет об адекватном соотношении размеров крючков и размеров рыбы. Совершенно очевидно, что если на крупный, тяжелый крючок засекается небольшая рыбка, то происходит серьезное травмирование, затрагивающее не только кожные покровы, но и скелет головы.
Поэтому надо очень грамотно и ответственно подходить к вопросу отпускания рыб. На то и голова у рыболова на плечах, чтобы грамотно осуществлять всю процедуру ловли и отпускания рыбы на волю.
Я глубоко убежден, что если речь идет о выпуске рыб после поимки, то к рыбе надо относиться уважительно!  Выловленную рыбу надо быстро, но в то же время умело и осторожно снять с крючков, убедиться, что нет серьезных повреждений, в том числе обязательно обратить внимание на то, повреждены или нет крупные кровеносные сосуды.
И если крючки сидят глубоко, если они впились в жизненно важные органы, если их извлечение сопряжено с разрывами крупных участков кожи, разрушением костей или связок, тогда, безусловно, пойманную рыбу следует взять на еду – у такой рыбы шансов выжить после поимки очень мало.
Хотелось бы очень коротко прокомментировать некоторые примеры, приводимые в письме А.Мягкова.
Сравнения визита человека к стоматологу и влияние крючка на рыбу попросту некорректно. Во рту человека поддерживается замкнутая искусственная среда, выстилка рта человека тонкая, легко проницаемая для молекул и многих вирусов и бактерий, стенки легко повредить, а «грязная» вода во рту – аномальное явление.
Для рыб заглот «грязной» воды – обязательное нормальное явление, поэтому у них и существует надежная защита от возможного негативного воздействия.
Кстати сказать, куда более нежный орган, весьма уязвимый у рыб – это жабры, особенно жаберные лепестки. А они в большинстве случаев крючками не травмируются.
Еще раз хотелось бы, чтобы мы в своем обсуждении предмета дискуссии опирались на достоверные сведения, а не на невероятные фантазии.
Речь идет о  том, что у «…разных рыб разный вид кровообращения. Их три: прямое, замкнутое и циклическое…».
А.Мягков совершенно прав – мне о таких видах кровообращения ничего не известно. Равно как и моим коллегам с биологического факультета МГУ, всю свою сознательную жизнь посвятивших изучению анатомии и морфологии рыб.
Ни в одном учебнике, от школьного учебника по зоологии для 6-7 класса и заканчивая университетскими книгами по практической зоологии позвоночных, таких «видов» кровообращения не описано. Уж не знаю, учебником какого года выпуска  пользуется автор письма.
Тем не менее в заключение хотелось бы еще раз поблагодарить А.Мягкова за внимание к опубликованным материалам и его неравнодушное отношение к теме. Его письмо позволило обсудить еще один важный аспект большой проблемы.
И конечно, хотелось бы продолжения дискуссии, чтобы можно было ознакомиться с оригинальными и достоверными данными от наших рыболовов. Тогда получится более полная картина.

Источник: www.rybolov.ru

Комментарии закрыты.